Блоги Макроклуба

 
 
 
 
Зинаида Аркадьевна очень любила подарки. Получив их, она преображалась. Глаза-бусинки возбуждённо загорались, усы начинали мелко дрожать, движения становились суетливо-радостными. Семечки, горох, крупа- Зинаида Аркадьевна была всему рада. Перетаскав в нору подарки, она садилась у входа и мы начинали беседовать. Про погоду, про работу, про всё на свете. Зинаида Аркадьевна была идеальный собеседник. Никогда не перебивала, внимательно слушала и иногда делала лапками что-то вроде «не может быть!» или « да что вы говорите!».
  Познакомились мы в середине июля. Одурев от жары и тяжести фотожелеза, я плюхнулась у  небольшого холмика, сунула в рот травинку и блаженно закатила глаза. Мой утомлённо-травоядный вид не вызывал опасения и Зинаида Аркадьевна высунулась из норки.
 
 
  Почему Зинаида Аркадьевна? Надеть очки и вылитая наша завотделением. Горсть семечек окончательно развеяла её опасения. Мы подружились.
  Проживала Зинаида Аркадьевна в норке у подножия  холма. Вся его поверхность была усеяна разного рода дырками, словно какой-то гигант-охотник пальнул в него из ружья картечью. Справа от Зинаиды Аркадьевны проживал мышак Степан, существо трусливое и прожорливое. На контакт не шёл, хотя подарки тоже любил. Сидел в глубине норы, опасливо поблёскивая глазками, стремительно вылетал, хватал что попало  и исчезал.
  Выше этажом проживало большое семейство муравьёв. Они всегда были заняты, от подарков отказывались и бесцеремонно норовили залезть под майку. Имён их я не смогла запомнить и обращалась к ним исключительно во множественном числе.
 

 
Так прошёл месяц.  Горох, пшено, семечки и прочая бакалея тонкой струйкой перетекали из домашних запасов в кладовые Зинаиды Аркадьевны и Степана. Беседы наши продолжались и вот однажды…
 
…Муха была хороша. Яркая, толстая, мечта фотографа.
 

 
  Заметила  я  её краем глаза и не сразу поняла, что меня удивило. Муха ползла , прижавшись пузом к земле, подлезая под травинки и всем видом показывая, что её здесь нет. Многочисленные её товарки густым роем носились в воздухе, а эта изображала из себя ниндзя. Муха ползла в определённом направлении с настойчивостью партизана. Продлив мысленно вектор её движения, я упёрлась взглядом в одну из дырок на поверхности холма. Видимо туда она и ползла. Интересно зачем? Поняв, что она обнаружена, муха , резко взлетев, пропала.
 Заинтригованная, я подползла к норе и, вспомнив мультик про Вини-Пуха, поинтересовалась, эй, есть кто дома ? Из-за уха послышалось гудение и, задев меня по щеке, над дыркой завис объект, затем камнем рухнул вниз и пропал. Оса!  Интересно, почему это я их раньше не видела?
 

  И вдруг всё пространство вокруг меня заполнилось гудением, из ниоткуда возникло целое облако ос. Они как истребители из «Звёздных войн» стремительно вылетали из норы и на полной скорости ныряли обратно.
-Это неправильные пчёлы! - пронеслось в голове. Похоже, плюшевый персонаж поселился во мне надолго.
- Осы!- машинально поправила я.
- Всё равно! Пошли отсюда!
- Знаешь, почему я занялась макросъёмкой?
- Потому что ты странная! Ты вообще странная!
- Потому что я всегда боялась насекомых, понятно? Никуда я не уйду.
Альтер эго от неожиданности замолкло. Осы густым облачком приблизились вплотную.
Я сжалась и замерла, но…ничего не произошло. Осы были заняты работой. Вот в чём дело, они были новосёлами и  как у всяких новосёлов  дел было по горло.
Поняв, что никто меня рвать на части не собирается, я достала технику и нагло уселась у самого входа в сантиметрах от работающих ос.
 
 
  Вот явный передовик. Ухватил огромную глыбу и не рассчитал сил. Приходится тащить таким вот макаром, не бросать же у всех на виду!

 
  Кто покрепче, тот переносит по воздуху, кто пожиже, тот катит, но явных сачков нет.
 

 
 
 
 
 
 
 



 
  Одна бригада в забое, другая оттаскивает подальше.
 

 
  
 
Кто-то занимается заготовкой материала для гнезда.
 

 
  За всем внимательно наблюдает сторож. Каждая вылетающая и влетающая оса проходит визуальный и тактильный  досмотр.
 

  Так вот к кому в гости собралась эта самая муха! К осам Vespula germanica. Да и не просто муха это, а журчалка Volucella inanis. Решила, значит попаразитировать. Одёжка, конечно, похожая, но я бы не рискнула лезть в дыру, полную распаренных работяг.
 А вот и она, красавица. Залегла недалеко от раскопа. Вылитый партизан у фашистского штаба, бинокля только не хватает
 
  Впрочем, не она одна, есть ещё интересующийся товарищ. Тоже круги накручивает вокруг да около, но как-то нерешительно.

  Вдруг сторож повернулся и нырнул в нору. Может пересменка, может чайку попить, одним словом на воротах никого. Журчалка одним махом преодолела расстояние, замерла на мгновение и нырнула в тёмный проход.

 
  Я скептически хмыкнула и дала ей пять секунд. Ошиблась. Через секунду муха пулей вылетела из норы, преследуемая толпой во главе со сторожем. Забыв про своё ползание, она стремительно взмыла вверх и дала газу. Работяги, поплевав на землю свой груз, кинулись за ней.
Муха была матёрая, сразу видно. Выполнив манёвр уклонения, она кувыркнулась в воздухе и рухнула в жухлую траву, где затихла.  Преследователи бестолково заметались в поисках, но было поздно. Нерастраченный праведный гнев надо было излить на кого-то и тут они заметили того, кто их уже порядком  достал. С изяществом пилотажной группы был совершён поворот «все вдруг» и эта компания ринулась на меня. Проклиная муху, ос и собственное любопытство, я кубарем скатилась с пригорка, врезалась в какие-то кусты и затихла, как та журчалка.
Сработало. Пожжужав, осы снова принялись за работу.
 
  На шум из норы вылез Степан, укоризненно посмотрел на меня и молча скрылся.
 

 
  Да уж, пора домой…на сегодня хватит.